У Александра БЕРДНИКОВА цыганские `КОРНИ`

Пожалуй, как раз для Александра Бердникова название группы “Корни” стало наиболее актуальным. Жгучий брюнет не скрывает своих цыганских корней, и это, по общему мнению, придает ему особую “харизму”. Сашу Бердникова я и попросила раскрыть секреты “новой продюсерской политики”, пишет "МК".
     
     Дело было в понедельник. Ребята спешили на какую-то встречу, поэтому мы решили побеседовать прямо в машине. Бердников был за рулем, что явно отвлекало его от разговора, зато давало волю комментариям остальных участников группы.
     — Саша, о тебе по сравнению с остальными “корнями” меньше всего известно. Расскажи, как ты докатился до такой музыкальной жизни?
     — Это не простая случайность и не веление судьбы, как любят отвечать многие артисты. С детства смотрел много музыкального видео, Майкла Джексона очень люблю. Занимался танцами.
     Потом это перешло на более профессиональный уровень — я переехал с родителями из Минска в Москву и поступил в ГИТИС. С первого раза.

     Работал в театре “Ромэн” — практику институтскую проходил. Но для меня это было несколько скучновато. Я всегда хотел каких-то новых ощущений, новую музыку создавать.
     — Твои родители как-то связаны с миром музыки?
     — Мама не имеет никакого отношения к музыке, но во всем меня поддерживает. По специальности она юрист, раньше у нее был свой небольшой бизнес, а сейчас занимается домашними делами. Вообще мои родители небогатые люди. Обычный средний достаток. Отец с нами давно уже не живет. А еще у меня полно дядек, теток, братьев и сестер.

Переходящая харизма

     — При запуске вашего проекта в кадре постоянно видели Пашу Артемьева. Его и воспринимали как лидера. В последних же клипах чувствуется некая перетасовка солистов. С чем это связано?
     — Нет такого специального правила, что именно этого человека надо больше выставлять напоказ. Понятно, что каждый раз кого-то больше, кого-то меньше показывают. Просто все идет по накатанной.
     Меня, я считаю, одинаково демонстрируют во всех клипах. Кроме “Вики”, конечно, потому что там акцент поставлен на Сашу Асташенка.
     У нас есть продюсер, который все решает. Допустим, говорит: Саша написал песню “Вика”. Давайте, снимем клип на эту песню. Хорошо. Сняли. И это логично.
     А мы с Лехой, видимо, хорошо вписались в новогоднюю историю.
     — Мог бы сказать, чем ты отличаешься от коллег по шоу-бизнесу?
     — Наверное, у меня и у нас всех есть что-то такое внутреннее, из-за чего люди приходят на наши концерты. Как Леша говорит — харизма. Есть энергетика позитивная, посыл. Я отдаю больше, чем получаю.
     — Что изменилось за время существования группы?
     — Для меня — многое. У меня есть моя любимая работа, о которой я мечтал. Кроме того, я более или менее встал на ноги. И в финансовом плане тоже.
     — Купил уже квартиру?
     — Не хочу пока свою иметь, поскольку надо помогать маме и быть ей полезным.
     — А кстати, сейчас мы едем на твоем собственном “Мерседесе-Гелленвагене”?
     — Да нет, мы только что его вскрыли, понимаешь! — Бердников смеется. — Мой, конечно. Я очень люблю хорошие дорогие автомобили и решил купить этот. И не жалею и даже горжусь. Пока.

“Желательно, чтобы я женился на цыганке”

     — Саша, расскажи, откуда растут твои корни?
     — У меня они цыганские. И это положительно сказалось на моей карьере. Считается, что цыгане всю жизнь кочевали, играли на гитарах, пели песни. Естественно, что у меня в крови заложено что-то такое. Поэтому я, наверное, и хотел всю жизнь музыкой заниматься, — Бердников улыбается.
     — И тебе, как цыгану, можно жениться только на цыганке?
     — Ну, — продолжает улыбаться Бердников, — не обязательно. Хотя и надо бы — это желание родителей. Они могут сказать: мы бы хотели!.. Но все обсуждается. Итог зависит от того, кого я полюблю, и только мое решение будет окончательным.
     — Но есть уже кто-то на примете? Как обстоят дела на личном фронте?
     — Да никак! Сегодня даже некого поздравить с Днем святого Валентина! Мое сердце открыто! Правда! Я действительно просто ее не нашел. Если б я влюбился в кого-то — я бы офигел. Я бы поздравлял ее, и дарил подарки, и встречался — находил бы время для этого в любом случае.
     — А в чем была причина последнего расставания со второй половиной?
     — Не сошлись характерами.
     — У тебя плохой или у нее?
     — Ну, понимаешь, у меня была одна девушка, но мы с ней очень мало встречались. По той причине, что мы разные люди. Она для себя решила, что я ей не подхожу. Точнее, полюбила другого.
     Мне было очень обидно. Я ее очень любил и до сих пор ее помню, но сейчас уже ничего не могу сделать, потому что она вышла замуж, и у нее есть ребенок. Я ей просто дал возможность выбрать человека, с которым она бы хотела быть.
     — Какой у тебя женский идеал? Жгучие брюнетки? Спокойные блондинки?
     — Мне нравятся стройные и красивые девушки, которые умеют правильно и культурно разговаривать. Я просто вижу девушку — и она мне нравится. Или не очень нравится.

Склоки в группе

     — Кто в вашей группе самый “правильный”?
     — Асташенок — самый пунктуальный. А опаздывают чаще всего администраторы и звукорежиссеры. Но я, кстати, не отношусь к категории людей, которые всегда опаздывают. Бывает, приезжаю вовремя.
     — А еще что можешь сказать о своих коллегах по группе?
     — Ну что ты хочешь услышать? Они ж за спиной сидят... Нормальные пацаны!
     — Да скажи, что у меня волосы в разные стороны торчат, — подначивает Кабанов.
     — А я кудрявый, — добавляет Артемьев.
     — Ну да. Паша у нас нормальный чувак, с которым можно походить, потусоваться. Да и с Лешей — тоже. А вообще у Леши более жесткий характер, хотя он может быть и мягким. Паша всегда аккуратный. Всегда смотрит за своими вещами, все складывает. Леша, наоборот, может раскидать их по всей комнате. Асташенок стал более серьезным в последнее время. Не знаю, в общем...
     С каждым из ребят можно найти общий язык. Иногда, конечно, бывают разногласия и споры. Но это все ерунда. Решается за пять минут.
     — И по каким же вопросам?
     — Абсолютно не относящимся к работе. Например, Паша взял микрофон в руки, а я у него отнял, — слышу, как за спиной хохочет Паша. — Да это шутка наполовину была! А он — не понял... Мы общаемся тесно уже два года и бывает устаем друг от друга. Мы уже как семья. Члены семьи ведь могут поссориться на какую-то глупую тему, так и мы можем. Кстати, в последнее время что-то давно не ссорились...
     — И даже не шутили друг над другом?
     — Было такое. Однажды они меня накрасили, пока я спал в гримерке. Я вышел на сцену, ничего не зная. А они смеялись.